Охотничий грех. Подранок ушел с кровью...
Я о больном и неприятном моменте большей части загонных и всех других охот на копытных - подранок ушел с кровью...Давайте попробуем разобраться, можно ли обойтись без этого греха охоты. Замечательную статью я откопал в одном из журналов "Охота и охотничье хозяйство" - патриарха охотничьей литературы века ушедшего. Не вспомню навскидку автора, но название статьи запало: "Право на промах". В ней пространно рассуждалось о праве охотника на промах, исподволь проводилась идея: больше промахов больше зверя останется жить. Как происходит "промах" (по-другому неудачный выстрел не назовешь)? Когда охотник имеет возможность охотиться "вольным стрелком", он вправе определять, есть ли смысл поднимать ружье или нет. Это вопрос его охотничьей совести и, видимо, культуры. Другой вопрос - промах на коллективной охоте, когда за выстрелом стоит физически тяжелый труд загонщиков, когда синяя птица удачи улыбнулась именно тебе, а не десятку твоих замерзших товарищей по оружию. Избежать чистых промахов на коллективных охотах на копытных животных возможно, а вот без подранков не обойтись! Вот и попробую, как егерь, описать способы снижения вероятности такого финала охоты, а также тактику добирания подранка.
Каждый приехавший на охоту жаждет выстрела - так считается изначально. На самом деле это не так. Охота сейчас становится модной тусовкой с ружьями на свежем воздухе, да с фляжечкой коньячка. Интересные, нужные знакомства и, вообще, выход в свет "Ба, Семен Семеныч, и ты туда же..." А как же! Порой с удивлением обнаруживаешь, что из всех приехавших охотников и охотиться то не с кем. На прямой вопрос: "Кто ни разу не охотился по зверю?" четверть приехавших поднимает руки. В общем, из десяти человек есть два-три "верных" стрелка, остальные даже рады, что никто на них не вышел.
Как-то рассказывали, что московские, тверские егеря работают с приехавшей командой до второго промаха, а потом символический "жидкий" штраф и теплое прощание. Замечательная задумка, ее можно было бы узаконить традицией, только промах - штраф в размере четверти стоимости лицензии. Таким образом, два загона - это десяток выстрелов "тусовщиков", деньги в кармане егерей и - суши весла. Охота была?
Была. Зверь был? Да... Стреляли? Вроде того... Вот и все. А за что штрафовать?! За то, что синтепоновый дяденька с нахимовским кортиком на боку пульнул в мельтешащую зверюшку? Именно за это!
Егерь, проводя инструктаж по технике безопасности, беспрестанно повторяет главное:
1. Выстрел должен быть верным: для гладкоствольных ружей это 20-50 метров, для карабина 50-100 метров. Расставляя номера, егерь жестко определяет сектор стрельбы и максимальные маячки выстрела (не далее вот того куста!).
2. Для тех, кто не охотился по зверю, действуют следующие правила выстрела: а) не смотреть выходящему зверю в глаза! Зверь контролируется боковым зрением; б) ружье следует поднимать для выстрела при пересечении зверем указанного сектора; в) время между вскидкой ружья и выстрелом 3-5 сек.
3. Стрелку, ни при какой ситуации не проверять результаты выстрела (не сходить со стрелковой позиции до окончания загона). Даже в случае явного подранка его преследование исключается.
Вопрос дисциплины на коллективных охотах - это залог безопасности и гарантия успеха. С огромным удовольствием наблюдал в прошедшем сезоне результат собственных усилий по налаживанию дисциплины охотников и рад, что нашел полное понимание и активную поддержку у хозяев угодий.
Таким образом, профилактика успеха охоты, отсутствие "досадных промахов" базируется на соблюдении дисциплины, подчинении собственных амбиций четко поставленным установкам (расстояние выстрела, сектор стрельбы и другое вышеописанное). Только так мы можем на охотах избежать бесшабашных дурацких выстрелов в никуда, до минимума сократить количество подранков.
Элементарная культура охоты - наличие у егерей собак, способных работать по кровяному следу. Есть такие собаки - есть лицензии на охоту. Нет? Тогда нет и права на охоту. Наличие собак -правило охот в Европе. Как можно решаться на преследование подранка-секача не имея собаки? В нашей области было несколько случаев смертельного исхода таких идиотских решений организаторов охот.
Почему егерь должен запрещать самостоятельное преследование подранка автором промаха? Во-первых, из соображений безопасности охотника. Во-вторых, возможна последующая организация экспресс-охоты, в которой сможет участвовать весь коллектив. И, наконец, в-третьих, самое главное - есть большая вероятность того, что не преследуемый зверь, не понявший, что же произошло, истекающий кровью и мучимый болью, ляжет совсем близко, а не рванет из последних сил на "дальний кордон".
За свою охотничью жизнь пришлось сотни раз исправлять чужие грехи. Накоплен громадный опыт, и, проанализировав его, настаиваю на категоричности егеря при инструктаже. Необходимо, дабы "другим неповадно было", подвергать уничижительной обструкции таких "партизан". И если егерь нуждается во время преследования в помощнике, необходимо брать такого мазилу в работу с собой в той "упаковке", в какой он стоял на номере. Тут уже и "Рексона" ему не поможет.
Какими способами преследуют подранка? Во-первых, сразу оговорюсь, что они зависят от тяжести ранения, вида животного, высоты снежного покрова и от той местности, в которой проводится охота. Проверив последу не менее 100 метров, егерь определяет тяжесть ранения по цвету крови (ярко алая кровь мелкими брызгами в обе стороны свидетельствует о том, что задеты легкие, темная венозная кровь свидетельствует о внешнем поражении зверя), а также по скорости и осмысленности движения зверя: а) хаотичность движения, натыкание на кусты и деревья указывают на тяжесть ранения; б) переход с галопа на рысь через несколько десятков метров говорит о том же.
Организация преследования требует от егеря или исполняющего его обязанности (к сожалению, бывает и так!) предельного расчета возможных ситуаций: как эффективно расставить номера аварийного загона, где находиться машинам, как организовать связь и т.д. В любом случае не следует торопиться. Необходимо тщательно обдумать все детали: вполне вероятно, что зверь дошел или отслеживается всего-то в 200 метров от линии стрелков, а возможно, прошел полтора-два километра.
Однозначно одно: нельзя ни в коем случае оставлять преследование на потом, на конец дня и тем более на следующий день. Мясо животного даже в 20-градусный мороз "загорается" уже через несколько часов, особенно при ранении в брюшную часть. Кроме того, от мелких животных (косуля, подсвинок) да и от оленя может остаться только растерзанная часть. Хищники - вороны, сороки, орланы-белохвосты, лисицы, наконец, с удивительной быстротой ополовинят ваш несчастный трофей.
Естественное желание стрелков - продолжить увлекательную стрельбу и услышать от возвращающегося с проверки егеря: "Жить будет!" Не будет господа охотники! Дойдет, мучимый болью, голодом и вездесущими лисами, которые готовы загрызть еще живого зверя. Поэтому компромисса быть не может.
Допускаю, что бывает ситуация когда преследование невозможно. Тогда на след выпускается один из егерей, безусловно, хорошо знающий местность, в компанию ему - "стрелок-бабашкин" и собака, работающая по следу. Исключительное значение имеет наличие приличной рации, по которой можно передать информацию о результате добирания подранка. К сожалению, нет возможности проиллюстрировать все способы конкретными примерами, но все они отработаны годами и многочисленными благоприятными исходами. Стоит выделить наиболее сложные способы и случаи преследования подранка.

Аварийный загон. Егерь встает с охотничьим рогом на след и подавая редкие сигналы, начинает преследование. Даже легко раненный зверь, утомленный раной, быстро привыкает к механическому звуку трубы, постепенно сокращая расстояние до преследователя. Второй егерь заводит номера и расставляет их с условием, что стрелок, ориентируясь на звук трубы или лай собаки, имеет право перемещаться вдоль линии стрелков порядка ста метров в обе стороны. Длина смещения зависит от количества охотников и указаний егеря. Необходимое условие - четкое разъяснение егеря, что выстрел допустим только по подранку, а не по любому зверю преследуемого вида.

Веерное преследование. Это наиболее интересная, эффективная, но трудновыполнимая охота. Заключается она в том, что преследующий егерь берет в загон двух-четырех стрелков, способных и умеющих ходить и более-менее ориентирующихся на местности. Стрелки передвигаются в пределах видимости трубы находящегося на следу егеря и пытаются перехватить подранка, бредущего где-то впереди загонщика. Можно оговорить с ними систему звуковых сигналов трубы. Например, один длинный, два коротких - подваливает левое крыло стрелков, так как зверь берет левее, а два длинных, один короткий сторожит правое крыло. В любом случае три протяжных трубы -все ко мне, зверь дошел!
Егерь, отвечающий за охоту, обязан проверить результаты каждого выстрела, отсмотреть след лично, а не поручать это стрелявшему. Стрелявший вправе подозревать, во что это может вылиться и скрыть факт "касательного" попадания.

Добирание подранка-кабана. Это отдельная тема. Мероприятие очень рискованное, поэтому без собаки его делать запрещено. Даже вдвоем, втроем это делать нельзя: в лучшем случае такой подбор закончится полными штанами адреналина, в худшем - лучше стучать по дереву или голове инициатора преследования. За мою практику пять раз кабан бросался на меня в атаку при приближении к месту отлежки. Спасали собаки, обозначившие затаившегося зверя и дававшие возможность подготовиться к выстрелу.
Однозначно, что оружие преследователя должно быть заряжено 8-9-мм картечью, стрелять приходится зачастую навскидку, площадь поражения и размер картечи на 10-15 метров вполне достаточны, чтобы положить даже очень крупного зверя. Нельзя обольщаться тем, что подранком оказался подсвинок-сеголеток: 30-40-килограммовый подсвинок легко переломает ноги чудаку с другой буквы, пытающемуся лезть в крепь или камыш.
В прошлом году пришлось с утра добирать подранка-секача, брошенного предыдущим днем из-за наступившей темноты. Очень показательно, что, едва кровя, секач прошел около двух километров и, сделав большую петлю, залег в камыше в пяти метрах от своего следа. Это была явная засада на преследователя. И если бы он за ночь не скончался от ранения, неизвестно, чем бы завершилось вечернее преследование: собак у охотников не было.
Засада на своем следу -типичный прием не только подранка-секача, но и свиньи. Еще раз повторюсь. Внимательно посмотрите на кабаньи покопки в мороз и оцените силу пятака кабанов: вскрытие 15-сантиметровой промерзшей земли кабан делает мордой, пятаком, но не клыками, как предполагают некоторые. Поэтому бросившаяся торпедой в ноги свинья представляет не меньшую опасность, нежели секач.
Роль собаки особенно велика в условиях многоследицы и малой крови на следу. В прошлом году только уверенность в серьезности стрелка (не мог он на таком расстоянии промазать!) заставила меня пройтись в направлении ухода кабана. Крови на следу не было, и лишь благодаря ягдтерьеру битый кабан был обнаружен в 300 метрах от места выстрела. Любой подранок стремится уйти в крепи, то есть в места, заросшие плотным кустарником, поэтому, зная местность, можно попытаться сэкономить силы и сразу подрезать след подранка, не выписывая все кровавые вензеля бедного животного. Особенно этот способ эффективен при добирании кабана. Взяв направление, вы изредка пересекаете след, чтобы убедиться - подранок двигается.
И еще раз - предельная внимательность, визуальный контроль всех подозрительных мест, ружье лежит на сгибе левой руки, поставленное на предохранитель. На последнем особенно настаиваю. Сэкономленные две секунды (время снятия с предохранителя) могут обернуться большой бедой. Когда вы будете пролезать через заросли, ветка может зацепить спусковой крючок, и тогда произойдет самопроизвольный выстрел в сторону напарника или собаки.
В любом случае факт подранка должен быть разобран по косточкам: или это выстрел не по месту, или выстрел на авось - последний должен караться беспощадно.
Карабинные подранки. Это отдельная головная боль. Экономия на приличных полуоболочечных патронах, стрельба из не пристрелянных винтовок, сбитые при переездах прицелы, желание пульнуть на полкилометра - вот характерные проблемы увлечения нарезным оружием. Но приходится искать компромисс. Запущенная оружейная машина, мода на навороченное оружие и все аксессуары - это свершившийся факт и от него никуда не деться. Здесь барьером к возможности подранка может быть только пристрелка оружия перед охотой: расстояние 80-100 метров по три выстрела в банку из-под сгущенки. Попал стрелок - на номер, не попал - сторожем на фланги, это во-первых.
Но самое главное - жесткое требование стрелять в отведенном расстоянии. Из перевиденной сотни владельцев роскошных карабинов уверен только в двух, в этом году появился третий и это все, остальные через раз - подранок, через два - промах. Ориентируя охотников на прицельную результативную стрельбу, необходимо объяснять, что пропущенный без выстрела зверь (неудобно стрелять далеко) - есть свидетельство грамотности, продвинутоеT стрелка в понимании охоты.
На прошедшем закрытии сезона стрелок не стал стрелять в вышедших лосей, хотя имел собственную лицензию на них. Егерь впопыхах поставил задачу - стреляем оленя! Во втором загоне на этого же стрелка вышел лось, который был благополучно взят. Вот это дисциплина! Попробуйте удержать охотника в последний день. Но Бог охоты видимо поощряет дисциплину и дает возможность верного, разрешенного выстрела.
Взявшись писать на столь неинтересную тему, я надеюсь привлечь внимание прежде всего егерей, охотоведов, которые в конце концов подписываются в графе "ответственный за проведение охоты", а это значит и за отношение к зверю, которое происходит во время охоты. Особенно значимо отношение хозяев угодий к требованию соблюдения дисциплины. Будет понимание такой необходимости, и гостевые команды будут легко "строиться". А это значит, что красивым, результативным охотам в хозяйстве - быть!

Андрей Сметанин, Охота 10/2006 ООО Байкал