Встречи с лещем




На рыбалке иногда возникает потребность отведать алкогольных напитков. Нередко причиной тому являются невинные проказы особ женского пола, наделенных фатальной тягой к разрушению всего, что относится к рыбной ловле...



ЛЕЩ - ИСЦЕЛИТЕЛЬ

Иногда бывают тяжелые дни... Началось с того, что пастух Женя прогнал свое стадо по берегу, и телки намотали на свои ножки два десятка наших лучших донных удочек с грузилами, крючками, леской и колокольчиками, а также уронили две палатки. После восстановления порушенного хозяйства мы с братом Серегой для снятия стресса отправились за водкой. В те времена достать спиртное было очень непросто...

Не буду утомлять читателя трудностями на пути к цели, а лишь отмечу, что нам пришлось пройти по жаре тридцать шесть километров, посетив четыре магазина, а по дороге на нас напал здоровенный бык, внезапно решивший защитить свой <гарем>. Быстрые ноги на этот раз выручили нас, а быка, как выяснилось, через неделю отправили на бойню: прямо в загоне он <закатал> своего пастуха...

Наконец, купив водки, мы возвращались в лагерь, и на берегу нас ждало очередное испытание. Моя Люсенька перед нашим приходом отважилась вступить в неравный бой с речной <разбойницей> и стала вытаскивать щуку, схватившую живца на жерлице. В процессе ожесточенной битвы они сначала спутали все восстановленные донки, а затем трехкилограммовая хищница перекусила леску и ушла восвояси, укусив напоследок Люсю за палец...

Увидев жалкий пучок спутанных рыболовных снастей, я от ярости чуть не разбил бутылку. Нервы мои не выдержали, и я огласил окрестности потоком очень неприличных выражений, которых до этого не знал! Я нес непристойную брань без повторов и перерывов до тех пор, пока брат не остановил меня, предположив, что где-то звенит. Снова глянув на спутанные снасти, я крепко обложил и брата, но в это мгновение мне тоже показалось, что это не плач Люси, а что-то все же звенит!

Прислушавшись, мы установили, что нежнейший звон доносился с другого берега! И здесь я вспомнил, что еще вчера поставил там две донки (подальше от женщин!). Через мгновение мы с Серегой были уже в лодке: я на веслах, а брат с огромным сачком в руках. Когда мы подплыли к противоположному берегу, колокольчик еще звенел, но леска была натянута, как струна и вытянулась вдоль берега усилиями рыбы и течения. Создавалась опасность, что лещ запутается в корягах или кустах и уйдет, порвав губу. Серега с воды потянул за леску и она с трудом, но подалась в его сторону! Значит лещ еще на месте! Тогда Серега стал быстро вытягивать леску на себя, а я на веслах удерживал лодку, не допуская слабины снасти. Когда огромный лещ появился у поверхности воды, я заметил, что сачок в руках брата задрожал! Я, как мог (оплеухой), успокоил Серегу, но это не помогло, и лещ дважды умудрился вывалиться из сачка! Наконец рыбину уложили в лодку.

Оказалось, что это самый большой лещ за всю мою рыболовную практику - 3,5кг! Но главное чудо произошло, когда мы с братом положили добычу к ногам наших милых женщин! Нам вдруг захотелось носить их на руках и просить прощения за все наши прошлые и будущие грехи! Откуда-то вновь вернулись силы, усталость исчезла, как дым, а веселое настроение не покидало нас до утра. Вот так лещ, словно врач-профессионал, зарядил нас бодростью и энергией и разогнал усталость и тоску...



ЛЕЩ - НАЖИВКА

Заканчивалось утро, но рыбалка сегодня не задалась: лещ не подошел, и мой садок был почти пустой...

Здесь я кратко опишу условия, в которых тогда рыбачил. Мое <рабочее место> располагалось на возвышенном правом берегу быстрой и чистой речки шириной 50 метров, протекающей здесь с севера на юг по живописной лесистой местности. Берег в этом месте обрывистый и густо порос ольхой, которую пришлось немного подрубить для выхода к воде. Высота обрыва небольшая - 1,5м, глубина у берега около двух метров. Слева и справа от меня в реку стекают родниковые ручейки. Вода в реке имеет таинственно буроватый цвет, возможно от мельчайших частиц торфа, выносимого бесчисленными родниками. Но главное достоинство этого места для меня состояло в том, что здесь было безлюдно: за месяц моего пребывания на рыбалке мимо меня не проплыла ни одна лодка...

В моем распоряжении две донки, снаряженные на леща, и поплавочная удочка для ловли у берега. Рыбы тогда было много, и подкормку применяли редко. В качестве наживки я в то время использовал червя, ручейника или манку, а улов в 5 - 10 кг лещей за утро никого не удивлял. Обычно утренний клев заканчивался после того как первые лучи солнца начинали пробиваться через верхушки елей, расположенных на противоположном берегу. При этом мой берег ярко освещался, и рыба отходила на глубину. Однако, если утро было пасмурным, то клев мог продолжаться намного дольше. Во время дождя я не раз ловил днем на поплавочную удочку крупных лещей у самого берега.

Но вернемся к событиям описываемого дня. Я уже собирался уходить, поскольку мой берег был уже ярко освещен лучами солнца и вода просвечивалась до дна. Меня удерживало интересное наблюдение охоты ярко-синего красавца зимородка. Он периодически пикировал в воду с ветки, нависшей над водой, и возвращался обратно с зажатой в клюве уклейкой. Затем он несколько раз подбрасывал еще живую рыбку в воздухе и снова ловил, пережимая клювом все новые участки ее тельца. Наконец, убедившись, что рыбка не способна ускользнуть, зимородок подбрасывал ее в последний раз и заглатывал с головы.

Заглядевшись на зимородка, я упустил момент поклевки: поплавок уже исчез под водой. Когда я подтянул удочку к берегу, оказалось, что на крючке сидит подлещик <заплатка> - весом 150 - 200г. В буроватой воде в лучах солнца он был очень привлекателен: чешуя его отливала золотом, и мне доставляло удовольствие водить его под водой, переворачивая с боку на бок... Внезапно в воде промелькнула темная фигура хищника, и в моего подлещика вцепилась щука весом около двух килограммов. Она защемила жертву своей узкой пастью поперек тела и замерла на месте, будто раздумывая над тем, что делать дальше.

От неожиданного нападения на мою добычу я тоже немного растерялся, но водить подлещика прекратил. Придя в себя, я схватил подсачек и осторожно подвел его под щуку. Через мгновение я выбросил подсачек с рыбами на берег! Моей радости не было предела: ведь до сих пор я не ловил таких щук. Однако мои приключения на этом не закончились! Вскоре я заметил, что на противоположном берегу <бьет> крупная щука. Раз за разом она выпрыгивала из воды и с глухим ударом возвращалась обратно, врезаясь в стайки мальков, пасущихся на отмели. Недолго думая, я смастерил примитивную жерлицу, поймал трех окуней и на лодке переправился на другой берег к месту <боя> щуки. Там я привязал жерлицу к ветке ольхи, нависшей над водой, насадил на тройник окуня (двух окуней я при этом потерял) и опустил снасть в воду с таким расчетом, чтобы окунь немного не доставал до дна. После этого я вернулся на свой берег и стал собираться домой. Уже поднимаясь к деревне, я обернулся и мне показалось, что ветка с жерлицей дергается. Я быстро спустился к воде и сел в лодку, не спуская глаз с ветки. Но теперь было ясно видно, что ветка стоит на месте, как вкопанная! Я решил, что щука сорвала наживку и ушла, поэтому направился к другому берегу без всякой надежды. Когда я подплыл к жерлице, мое предположение как бы подтвердилось: леска была полностью размотана, а ветка не двигалась... Тогда я взялся за леску и потянул ее на себя. Леска не подалась и я, держась за нее, пошел в направлении тройника. Мне повезло: глубина там была по колено и вскоре я увидел огромную щуку (более 3кг), напрочь запутавшую леску в корнях прибрежных деревьев. Последнее обстоятельство не позволяло хищнице шевелить ветку и ввело меня в заблуждение. Чтобы не рисковать, я сначала ножом умертвил щуку и лишь затем вытащил ее из-под корней. Жена была очень довольна уловом, а я с тех пор иногда выхожу поохотиться и на щук.







Алексей Фролов