Несправедливо забытое




Мое любимое ружье <Марокки> (Marocchi), о котором я писал в <Магнуме> 10/2000 <заболело>: нижний ствол осекался чуть ли не на каждом третьем патроне. Нужного мне ружья в продаже не было. Требования у меня были, в общем-то, несложные: лучше 12-й, но можно и 16-й или даже 20-й калибр весом меньше 3 кг, с хорошим балансом и раскидистым ровным боем для стрельбы на дистанциях от 10 до 30 метров, то есть с <цилиндром> в правом (нижнем) и получоком или чоком во втором стволе. Но найти такое никак не удавалось.

Помог, как водится, случай: один из моих сослуживцев, давно переставший охотиться, решил расстаться со своим ружьем. И оно у него было примечательным. Впервые я обратил на него внимание еще году в 83-м или 84-м, когда мы в одной команде ездили за кабанами. Придя вечером на базу после дня охоты, все повесили оружие на вешала на одной стене, и получилась своеобразная выставка из дюжины ружей. Были они по большей части легкоузнаваемых моделей, но одно из них выгодно отличались от остальных. Линии его были плавные, гармоничные. Явно легкая безкурковка 16-го калибра, с прямой английской ложей из ореха с аккуратно сделанной вручную мелкой насечкой на тонкой шейке и цевье, смотрелась изящно. Хозяин был явно человеком аккуратным и берег его, так что смотрелось оно как новое. К моему удивлению, ружье оказалось отечественным. Так я впервые познакомился с ТОЗ-25, которое спустя полтора десятилетия оказалось в моих руках.

Двуствольное внутрикурковое ружье с горизонтально спаренными стволами конструкции В.С.Козлова и В.И.Парамонова выпускалось серийно 12-го и 16-го калибров в 1963 - 1966 годах. Штучные ружья производились еще какое-то время и потом. Мне, например, досталось ружье Ш-896 выпуска 24 октября 1967 года. Запирание стволов тройное: на подствольные крюки и болтом Гринера на выступ казенной части стволов. Каналы стволов и патронники (70 мм) хромированы. Замок имеет оригинальную конструкцию. Авторы постарались учесть недостатки, присущие большинству внутрикурковых моделей ружей как отечественного, так и заграничного производства. И главный из них - ослабление ложи, связанное с размещением в самой тонкой ее части ударно-спускового механизма. Попытки сохранить прочность ложи, размещая полностью или частично ударные механизмы внутри ствольной коробки, ослабляют последнюю и снижают живучесть ружья. В ТОЗ-25 применено необычное для горизонталки решение: ударно-спусковой механизм смонтирован на основании, образующем с коробкой жесткую рамочную конструкцию. Ложа крепится к заднему выступу этой рамы винтом, проходящим сквозь ложу (как у ИЖ-27) . С боковых сторон ударно-спусковой механизм закрывается щечками, скрепляемыми между собой винтом. В собранном ружье эти щечки выглядят как продолжение ложи и позволяют сохранить ее классические формы. Благодаря отъемным щечкам, можно производить осмотр, чистку и смазку механизма без отделения его от ствольной коробки.

Еще одно оригинальное решение позволило избежать обычной выемки металла для боевых взводов курков и заострения рабочей части шептал, которые обычно быстро притупляются, что ведет к срыву курков с шептал. Наконец, в подавляющем большинстве ружей боевые пружины имеют сложную форму, очень трудоемки в изготовлении и при этом не всегда надежны. В ТОЗ-25 боевые пружины работают на закручивание. Они очень просты и могут быть изготовлены из стальной проволоки любым слесарем и даже в домашних условиях.

Вес ружья 12-го калибра 3-3,2 кг, 16-го - 2,9-3,1 кг. Стволы длиной 70-72 см с дульными сужениями 0,5-1,0 мм. Это паспортные данные. Но в нашей стране документам верить нельзя. Хотя в паспорте попавшего в мои руки экземпляра был вписан вес 3,0 кг, положив его на весы, я увидел, как стрелка остановилась на отметке 2785 г. Великолепно, это превзошло мои ожидания! Но баланс был не самым лучшим: ружье уравновешивалось в точке, расположенной в 75 мм от казенного среза стволов. Отделенные от ложи стволы с цевьем уравновешивались в 24,5 см от казенного среза, что полностью повторяет аналогичные показатели ТОЗ-34 и наводит на мысль, что для ТОЗа - это стандарт. Не доверяя больше написанному, я промерил стволы: у правого ствола дульное сужение не 0,5 мм, а 0,8. Левый ствол был с чоком 0,95 мм.

Но приобретал я это ружье с определенной мыслью, и промеры стволов и баланса только укрепили меня в моих намерениях: кучно бьющее и не очень хорошо сбалансированное ружье 16-го калибра мне было ни к чему. Я решил избавить его от ненужных мне строгих чоковых сужений. В принципе, достаточно было бы убрать чок только в правом стволе, но, поскольку хромированный канал этого не позволял, пришлось решать проблему радикально, то есть отпилив концы обоих стволов на всю длину чоковых сужений.

Внутренний диаметр обоих стволов был равен 16,78 мм. Сужение в левом стволе начиналось немного раньше, чем в правом: в 65 мм от дульного среза правый ствол оставался еще цилиндрическим, а левый уже имел сужение 0,1 мм. Мне хотелось обеспечить разницу между стволами, чтобы левый бил хоть чуть-чуть кучнее правого. Это можно было сделать, сохранив начало сужения, превратив его тем самым в чок Паркера, то есть чоковое сужение конической формы без следующего за ним цилиндрического участка канала ствола перед самым дулом. Такие чоки бьют не хуже обычных, но быстрее изнашиваются. Резать я решил в 55-ти мм от дульного среза, где правый ствол имел диаметр канала 16,57 мм, а левый 16,46 мм. Операцию мы проводили вдвоем с приятелем, так как зажать крепко стволы в тиски было невозможно, не повредив их. Зажимали мы, собственно, не стволы, а деревянные реечки, положенные на соединительные планки, так, чтобы губки тисков стволов вообще не касались. Один пилил, а второй фиксировал стволы, держа их за патронники и пользуясь образуемым таким образом большим рычагом. Трудней оказалось обработать затем срез стволов напильником ровно, без скосов, так как в центре между ними были две соединяющие их планки, сталь которых значительно жестче ствольной, что вело к постоянному заваливанию напильника. Справившись, наконец, с этим делом, мы получили стволы с диаметром в дульной части 16,6 мм в правом и 16,5 мм в левом, то есть с сужениями соответственно 0,2 и 0,3 мм.

Оставалось самое волнительное - проверить полученный результат стрельбой. Пристрелку я вел по 16-дольной мишени диаметром 70 см дробью N©7, снарядив несколько партий патронов с разными навесками. Самые стабильные результаты дала партия с навеской 28 г дроби и 1,75 г <Сокола> с войлочным основным и древесноволокнистым добавочным пыжом и картонными прокладками на порох. Правый ствол превзошел все ожидания: на дистанции 35 м кучность колебалась от 50 до 607. со сгущением к центру 1:1,5 (где первая цифра - количество пробоин в малом круге диаметром 35 мм, а вторая - в периферийном кольце). Равномерность осыпи была выше всяких похвал: количество пробоин в каждом из 16-ти полей было практически одинаковым, отличаясь друг от друга на 1-3 пробоины. Резкость боя я оценить мог только по проникновению дробин в сухую оструганную сосновую доску. Она тоже оказалась выше всяких похвал: дробины проникали в древесину на глубину 3-4 своих диаметров.

Но результаты стрельбы из левого ствола были далеко не равноценными: мишени были осыпаны значительно беднее; кучность колебалась от 30 до 42%. Осыпь была неравномерной - некоторые поля остались вообще не задетыми дробью - и нестабильной от выстрела к выстрелу. Но самое неприятное было в том, что центр осыпи был смещен влево-вверх.

Придирчивый осмотр дульной части стволов с линейкой на просвет показал, что полностью справиться с напильником нам все-таки не удалось: левый ствол был едва заметно завален. Но исправить его отдельно от правого ствола было нельзя - они бы тогда получились разной длины. Надо было решать: оставить все, как есть, получив выдающийся для цилиндра с напором правый ствол и весьма посредственный левый, или, рискнув испортить правый, не исправив левого, отрезать еще немного. После долгих колебаний было решено все-таки резать еще 5 мм. На этот раз особое внимание было уделено тому, чтобы срез получился идеально ровным, без заваливаний, с доводкой торца на притирочной плите. Произведенный затем отстрел патронами из той же партии дал значительно более скромный по кучности результат из правого ствола - 39%, а из левого 42%. Потеря в кучности правым стволом меня ничуть не огорчила, так как она мне и не нужна: этому ружью уготовано стрелять почти исключительно на дистанциях 10-25 метров. И вот стабильность и равномерность осыпи в правом стволе удалось сохранить такую же, как и при первом отстреле, и это меня по-настоящему обрадовало. Левый ствол оказался исправленным; теперь он давал такую же стабильную и ровную осыпь, как и правый, чуть кучнее, но, как ни странно, с меньшим сгущением к центру: в мишенях правого ствола в малом кругу в среднем было 48 пробоин, а в периферийном 81, а в мишенях левого в центре сидело в среднем 46 дробин, а в периферийном кольце - 96. Проверили и равномерность осыпи патронами с дробью N©9 на дистанции 25 метров, что, в общем-то, было уже лишним: все было уже ясно - ружье бьет именно так, как мне нужно.

Осталось только просверлить в конце прицельной планки отверстие, нарезать резьбу и водрузить мушку на свое место. Образовавшаяся между стволами и соединительными планками дыра была заклепана свинцом: постукивая легким молоточком, мы загнали туда пару картечин, срезав затем неровности сапожным ножом заподлицо с дульным срезом стволов, которые сразу приобрели полностью законченный вид.

Итак, в результате я получил стволы длиной 65,6 см весом вместе с цевьем 1375 г с дс 0,08 мм в правом стволе и 0,18 мм в левом. Ружье весит теперь 2665 г с центром масс в 52 мм от казенного среза стволов в собранном ружье и в 22 см в отделенных от ложи стволах с цевьем. Для сравнения: аналогичные точки у Marocchi расположены соответственно в 55 мм и 20,5 см от казенного среза.

Ружье проверено в поле в течение трех сезонов. В 2000 году я охотился почти исключительно с этим ружьем и, добыв с ним за месяц около сотни штук дичи из-под моего курцхаара, остался им очень доволен. Не менее удачной была и охота на перепелов в течение трехнедельного промежутка между пожарными запретами летом 2002 года.

Возникает целый ряд вопросов к изготовителю. Первый: за что он нас, охотников, так не любит? Ведь можно было сделать такое ружье сразу, не заставляя охотников превращать кухню приятеля в слесарную мастерскую. Если бы это делал сразу сам ТОЗ, то в левом стволе был бы не цилиндр, а более логичный для него получок. И не пришлось бы резать, как по живому, в постоянном страхе испортить хорошую вещь.

Вопрос второй: почему такая хорошая модель была снята с производства? Ассортиментная политика ТОЗа поразительна - за последние несколько десятилетий это предприятие отказалось от целого ряда изделий, имевших стабильный спрос: это модели А и Б, с которых начиналось на ТОЗе производство охотничьих ружей. Причем модель Б (БМ, ТОЗ-63, 66, 50, 54, 80), знаменитая курковая <тулка>, была, да и сейчас еще остается самым массовым и самым популярным в глубинке охотничьим ружьем. Сельский охотник говорит: <Ружье без курков - как корова без рогов>. В деревенском консерватизме есть и рациональное зерно: <тулка> проста и надежна, и отремонтировать ее способен любой слесарь, а в условиях российской глубинки это очень важно. Выпускал завод когда-то и садочные ружья, а потом перестал. И вот еще и модель ТОЗ-25. Взамен же ничего так и не было предложено. Модель ТОЗ-34, запущенная в тот же период, заменой этому ружью быть не может по целому ряду причин: во-первых, это бокфлинт, а значит товар, занимающий на рынке пусть очень близкую, но все-таки свою собственную нишу и не вытесняющий ТОЗ-25. И, во-вторых, как охотник, имевший в эксплуатации обе эти модели, я нахожу, что ТОЗ-25 удачнее. Во-первых, потому, что красивее: это ружье имеет классические формы и пропорции. Во-вторых, прочнее: в его конструкции удачно решена именно та проблема, которая является самым слабым местом ТОЗ-34 (соединение коробки с ложей). И, в-третьих, это ружье выпускалось 12-го и 16-го калибров с массой, характерной именно для них, а вот ТОЗ-34 20-го или 28-го калибров весит ровно столько же, сколько и 12-й. И зачем они тогда нужны? Если охотнику нужен ослабленный заряд, например 28-калибра, то он его может снарядить и в гильзу 12-го, а вот обратной операции, то есть заряд 12-го в гильзе 28-го не получится. Да и не надо, раз 12-й есть и весит ровно столько же.

И еще: попавший в мои руки экземпляр - <штучное> ружье, выпущенное к первому из большой серии брежневских юбилеев: к 50-летию Октября. И хотя это не шедевр прикладного искусства, упреков к вкусу, с которым ружье сделано, нет. Сегодняшняя отделка <штучных> ружей ТОЗа заметно отличается, и не в лучшую сторону. Потребитель, делая выбор в пользу <штучного> ружья, надеется получить тщательнее собранное из наиболее качественных заготовок изделие. Не мешало бы тулякам присмотреться к той ненавязчивой, сдержанной манере украшать серийные <улучшенные> и <штучные> ружья, которая была в ходу на их же заводе в 1960-е годы.

А за ружье спасибо. Жаль, что посоветовать читателям приобрести такое же хотел бы, да не могу: не хочу дразниться.











Сергей Колмаков