Охота на людоеда




Помню лет 20 назад в Совете охотников висел плакат - <Охотник, не жалей патрона на бродячую собаку и кошку>. Сегодня под влиянием <добрых> тетенек и дяденек, с экранов телевизора умиленно кидающих корочку хлеба бедной, брошенной собачке, все как-то забыли, что нет страшнее врага для всего живого, обитающего в лесу, чем одичавшая собака. Особенно страшны они, когда сбиваются в стаи. Даже волки не сравнятся с собаками по хитрости, потому что последние прекрасно изучили своего бывшего хозяина - человека и обмануть их очень трудно. Не будем сейчас говорить о том, что виноват во всем сам человек, бросающий бедное животное на произвол судьбы. Это всем известно. Когда-то еще построят питомники для бесхозных собак и кошек, а пока приемлема только беспощадная война. Кстати, кто-нибудь слышал, чтобы охотник бросил свою собаку? Это делают, в основном, дачники. Летом пес прекрасно охраняет участок, но вот наступила осень, пора возвращаться в город, ну не тащить же с собой грязное, прожорливое животное. Как-нибудь прокормится сам до весны. А отдуваться приходится нам, охотникам.

У себя на дачном участке я столкнулся с этой проблемой вплотную. Меня совершенно не устраивала ситуация, что в окрестных лесах практически отсутствует заяц, да и вальдшнепа очень мало, хотя угодья превосходные. Первых четырех собак я уничтожил в октябре прямо на территории дач под громкое возмущение последних дачниц. Правда, после разъяснительной работы они успокоились. Наступил ноябрь, выпал первый снег, и по следам я определил, что в округе оперирует банда из шести крупных собак. Они регулярно посещали свалки и казались безвредными.

Но вот однажды, идя с ружьем по полю, я обнаружил гонный след зайца, которого преследовали собаки. Причем шли они за косым грамотно - чувствовался опыт вожака. Две бежали по следу, а еще две пары обходили слева и справа. Заяц был мой старый знакомый, матерый русак, и я надеюсь, что он ушел от погони, но вот захочет ли он вернуться и жить рядом с такими соседями?

Я решил заняться этой компанией всерьез. Одного пса достал пулей на поле с очень большого расстояния, другого убил из засады, а третьего застал врасплох на свалке, увлеченно грызущего какую-то кость, подойдя против ветра, укрываясь за деревьями. Каково же было мое удивление, когда по следам, после пороши, обнаружил в стае уже семь собак. На смену трем выбитым, прибились четыре новых. Зайцы, прибегавшие полакомиться зеленями на <мои охотничьи поля> ночью, не задерживались и утром убегали от греха куда подальше. Я с удвоенным рвением стал выслеживать стаю, но и собаки, почувствовав преследование, стали намного осторожнее. Несколько раз, подкрадываясь к свалке, уже за 200-300 метров слышал предостерегающий лай часового, и вся стая растворялась в лесу.

Подходила пора охоты на лисиц, и я решил было плюнуть на собак, но одно, по истине, трагическое происшествие в корне изменило мои планы. Мы, с моим напарником Сашей, совершали обычный обход по краю поля, считая входные и выходные лисьи следы. Свернув на лесную дорогу, увидели знакомую тропу, оставленную собаками. <Наверное, какую-нибудь новую падаль нашли, - сказал Сашка, - пойдем посмотрим>.

Буквально через сотню метров, идя по следам, заметили на бугре лежку собаки, вымазанную кровью. <Точно! Загрызли какую-то дичь,> - сказал я и шагнул за бугор. Там мы увидели такое, от чего, как говорят, <кровь стынет в жилах> - на земле лежал труп человека, наполовину съеденный собаками! Мой напарник, капитан милиции и опытный следователь, велел мне отойти, а сам обследовал место происшествия.

- Подросток, лет 14-15, непонятно мальчик или девочка, тело сильно обгрызено, примерно недельной давности - вернувшись, сообщил он.

В ближайшей деревне мы нашли сержанта, который и сообщил о находке в милицию.

Через час прикатили целых три машины, набитые сотрудниками различных ведомств. Почти полночи мы провели со следователями. Они занимались своим делом, меня же интересовали собачьи следы. Я обратил внимание, что к трупу подходил только один кобель, оставлявший самые большие следы. Очевидно, это был вожак. Остальные лежали в стороне и ждали, когда он насытится. На мой вопрос о причине смерти подростка следователь ответил так: <Ни огнестрельных, ни ножевых ран не обнаружено. Вполне возможно, что собаки его и загрызли, но это предположение>.

В любом случае собака не должна трогать человека, даже мертвого, и этот пес переступил грань, превратившись фактически в людоеда. Попробовав раз человеческого мяса, он может не остановиться. Застрелить его стало для меня как охотника делом профессиональной чести.

На следующее утро мы опоздали: по следам было видно, что кобель уже приходил и, обнаружив отсутствие добычи, скрылся в лесу. Вечером решили караулить, пока хватит терпения, но полночное бдение снова не дало результатов. Очевидно, собаки приходят на рассвете. Примерно за час до света, мы заняли место в засаде на перекрестье трех собачьих троп. Одна вела из чащи, вторая по лесной дороге, третья - со стороны песчаного карьера. Как только забрезжило, в лесу раздался яростный лай и визг. Видимо, сцепились две собаки. <Приготовься, идут,> - шепнул я Сашке. Минут через 10 на лесной дороге показались две небольшие шавки, неторопливо трусившие в нашу сторону. Меня они совершенно не интересовали, я ждал людоеда. Но проклятые кабыздохи, причуяв нас, подняли отчаянный лай и бросились наутек. В страшней злобе я вкатил каждому из них по заряду волчьей картечи. Все было испорчено, тот, кого я ждал сюда, не скоро придет, если придет вообще.

Со следующего дня мы занялись лисицами и зайцами в другом районе, но каждый раз обязательно заглядывали на это место. Вся стая бесследно исчезла. У Саши кончился отпуск, и он уехал в Москву. Появился он только в субботу утром, и мы сразу же отправились по знакомому маршруту. Пошли, впрочем, без особой надежды, так как оттепель съела остатки снега, и нам оставалось только стрелять отогревшихся при плюсовой температуре ворон. Подошли к знакомой свалке. И тут удача наконец-то улыбнулась нам. Приблизившись к месту из-за земляного бруствера, мы буквально нос к носу столкнулись со знакомой стаей.

Людоеда я узнал сразу, хотя до этого никогда его воочию не видел. Забыв, что у меня в ружье только семерка и четверка на ворон, я всаживал ему в бок заряд за зарядом из <Браунинга>, совершенно не обращая внимания на брызнувших в разные стороны остальных членов стаи. Стрелял до тех пор, пока не кончились патроны в автомате и зверюга не затих. При ближайшем рассмотрении людоедом оказался кобель, помесь восточноевропейской овчарки с кем-то еще. Собака была очень крупной, упитанной и покрытой густой шерстью. Было очевидно, что жила она в лесу.

Поздравив друг друга с удачей, мы отправились бродить дальше. Я же дал себе обещание, что не успокоюсь, пока не уничтожу всех оставшихся собак.

Читателей прошу не забывать лозунг: <Охотник, не жалей патрон на бродячую собаку>.

Этот случай произошел в октябре-ноябре 2002 г. в Московской области, Сергиево-Посадском районе, вблизи деревни Ворохобино.













Сергей ЛОСЕВ, мастер спорта СССР по стендовой стрельбе