Весенние истории




ОЗОРСТВО НА МАСЛЕНИЦУ - НЕ ГРЕХ



Четверть века назад случилась эта история, в конце Масленицы. Отправилась наша большая компания сотрудников геофизического института из Нарофоминска на Яузское водохранилище, что близ Гагарина. В семидесятые годы эти дальние, до 200 км в один конец, поездки были возможны, поскольку геологический профсоюз денег не жалел на активные виды отдыха. И посему каждую субботу мчались мы на любимые места под зависть рыбачков города, которые всеми правдами и неправдами пытались влезть в наш сплоченный коллектив. Его состав практически был постоянным. Впрочем, при наличии свободных мест и протекции, мы их брали. А ездили мы на специальном рыбацком ГАЗ-66, который на энтузиазме нашем восстал из почти списанного металлолома и тщательно подготавливался к каждой поездке самими рыбаками-водителями.

И в это мартовское субботнее утро, еще затемно, мы стартовали. Ребята щелкали картами, дым повис туманом в будке - коротали время в дороге как всегда. Мы же с водителем внимательно следили за дорогой. Однако неприятность поймала-таки нас сразу же за можайским перекрестком на Минском шоссе. Полетела ступица заднего колеса, что выяснилось после осмотра и консилиума специалистов. Решено было добраться до Наро-Фоминска и привезти необходимое. А для этого надо еще было найти желающего нам помочь. С очень малой надеждой стою на обочине, ловлю попутку. В течение часа наши желания никого не интересовали. И тут замечаю приближающийся ГАЗ-66, а на будке - родная надпись <Геологическая>. Шофер среагировал не на мою поднятую руку, а на такие же эмблемы нашей машины, остановился. Слово за слово, и выясняем, что они со Смоленщины направляются домой в Томск. Но что самое-то интересное: они из Сибирского филиала нашего геофизического института! Естественно, наши желания моментально совпали, и курьер отправился.

Порадовавшись необычайному совпадению, сели опять за карты коротать время. А время-то уже близко к десяти, и некоторые поменяли планы, отправившись с попутными на Можайское водохранилище. Солнечный весенний день налился голубизной неба, приятно греет уже окрепшим солнышком. И не заметили, как прошли три часа, показался наш УАЗик. Ремонт занял около часа, и наконец встал вопрос: <Куда ехать?>. Нормальные сказали бы: <Домой!> Менее нормальные предложили бы отправиться на Можайку до вечера. Видимо, остались одни буйные, и вече принимает решение: <С ночевкой на Смоленщину!>. Причем народ приготовился спать, сидя в будке! Я-то знал другой вариант, но злодейски промолчал. Каких-то два часа, и вот мы уже в Гагарине берем путевки, пополняем съестные запасы. Потом замелькали смоленские поля, река Гжать, а вот и Карманово, где я командую: <Рули на Петушки!>. Когда пронеслись по плотине мимо водохранилища, то рыбачки завопили: <Куда? Проехали!>. Вспомнилась им прошлогодняя история, когда я заснул перед поворотом, и мы через час доблестно прибыли, куда <нам совсем не надо>. А сейчас спокойно поясняю: <Едем ночевать на охотбазу>. Народ заволновался: <Кто ж нас туда пустит? Да и сколько это будет стоить?>. <Пустит егерь Степаныч, а разрешит директор, с ними я знаком. А стоить это будет веселого застолья с исполнением жалостливых песен, до которых Степаныч большой охотник>. Наслаждаясь немым восхищением, я еле сохранял бесстрастную физиономию.

Все свершилось, как и предполагалось. Правда, застолье продолжалось - ведь Масленица на излете, вместе с пением и плясками почти до утра. Тем не менее, подъем уставших прошел в установленные сроки, и рыбаки, разной степени свежести, рванули на лед.

Прекрасны эти первые мгновения зимней рыбалки! Где забуриваться? На что ловить? Ну, а подо льдом конечно молотят хвостом от нетерпенья добраться до твоих снастей голодные рыбины. Мелочи здесь просто быть не может! И успех не подвергается никакому сомнению: <Аж куда занесло нас, да если не здесь, то где же еще можно обловиться?> Томительное ожидание первой поклевки... Бывает, оно растягивается до вечера. На этот раз так и прошел день - случается такое весной. Солнце полыхает, снег до ломоты в глазах горит белым пламенем, день чудесный, а под водой - тупое безразличие! Народ загорает и надеется, но тщетно. Так и собрались к машине уже в обед. Ну что же, не в магазин приехали. И только Женька Заяц умудрился выловить двух щук. Одна килограмма на три, вторая - около двух. Поквохтали по-рыбачьи над трофеями, потерлись об удачу... Быстренько собрались и в обратный путь.

По дороге было кафе с разливным пивом, и на подъезде к нему начали собирать мелочь по карманам: основные финансы оставили в Гагарине. У одного Васи-немого осталось в закромах, посему он торжественно был определен в спонсоры. Вместе с деньгами им было выдано пожелание: для него принести кружечку пива прямо в машину. Мы двинулись к цели, напротив которой в скверике проходили местные проводы зимы. Гремел баян, приглушая нестройный хор. Ряженые колыхались на помосте. Все вокруг были такие веселые, что мы поторопились к ним присоединиться. Поделили финансы по-братски, посмаковали жидкую пену и двинули в машину мимо недоступных соблазнов Масленицы.

Два тоскливых глаза, не мигая, глядели на нас, и вопрос тоже был немой: <Где мое пиво?>. Про главного спонсора в праздничной суете все забыли! Пиво выпили, а в карманах-то пусто! Что делать, ведь беспардонно надули мужика! И мужика, надо сказать, отличного! Как мы рылись в пустых карманах!... И среди семечек, крошек и прочего мусорного крошева выцедили целых 12 копеек! А это - полновесный стакан пива по ценам тех лет. И он был торжественно вручен терпеливому страдальцу! Сцена сия вышибала слезу...

До Можайска пивного вдохновенья хватило, но на окраине всех охватила какая-то обеспокоенность. Головы кипели, фантазии метались в воздухе и наконец материализовались в идею продать щуку. Где? На заправке! И вот с завернутой в газету рыбиной я отправился на торги. Сунул щучье рыло в окошечко: <Нравится?>. Возбуждающий острый аромат подмороженной свежей рыбы гипнотизировал... <Несвежая небось?>, <Только что с крючка!> Помяла, понюхала: <Как взвесим?>, <Да чего ее вешать! Пятерку - и она Ваша>. За торгами внимательно следила вторая дама. Пока шел обмен и подсчет, она убедилась в выгодности сделки и решилась: <А еще есть?>, <Хозяин хотел с ней Масленицу праздновать, но если Ваши желания столь сильны...>, и я отправился к Зайцу. <Бери, но продай с выгодой!>. Опять газетный сверток в руки, правдивость во взгляде, озорство в душе: <Пока ходил - поймали вторую>, <Прямо здесь на асфальте?>, <Так взяла подо льдом, а вытащили только сейчас!>, с шутками-прибаутками получаю еще пятерку и резво удаляюсь до уточнения веса.

Надо ли говорить, с каким весельем было продолжено празднование на <щучьи> деньги! Без рыбы, но довольные Масленицей, расходились мы по домам. Еще одна история вошла в историю!





АПРЕЛЯ ПЕРВОГО ЧИСЛА



Знаменитый день розыгрышей и подковырок! Когда же на него приходится что-то необычное, то потом дата закрывает это событие и делает его нереальным. Однако излагаемое имело место в 2000-м году при многочисленных свидетелях, на Можайке.

Воды тогда было мало, вся была в русле. Только глыбы льда по берегам во всю ширь ушедшего осеннего многоводья напоминали, что рыбачим мы на водохранилище. Была заметная потяжка и мормышки <сдувало> из лунки, едва они опускались ниже кромки льда. Поэтому на основной струе мало кто сидел, все жались к берегам. Клев с утра был, удачливые взяли по несколько килограммов. К обеду затихло, и началось <переселение народов>. Я забурился прямо у берега на глубине меньше полуметра. Упрямо мормышил и вертел головой в поисках машущих рук. Народ в основном тоже переместился на края и тоже вертелся в ожидании поклевок. Наконец кивок перестал послушно колебаться, обрел самостоятельность, замер на мгновение и вдруг резко поднялся - будто снизу его ткнули палкой! После подсечки в снасти появилась волнующая упругость, леска туго пошла из воды, вспенивая поверхность мельчайшими пузырьками. В темном круге лунки неожиданно высветилась рыбья голова. Подлещик на полкило! На характерный всплеск при вытаскивании из воды соседи среагировали, и народ еще плотнее прижался лунками к берегу. Подошел косячок, и страсти закипели. На всплески уже некогда было оборачиваться. Время было уже около трех, когда клев начал затихать. Все опять заерзали.

И вот тут-то на берегу появилась эта странная компания из пяти мужчин и двух женщин в полной рыбацкой амуниции. Под ироническими взглядами они неторопливо шествовали по льду: <Где пристроимся?>, <Да давай здесь>. Явно ощущалось легкое подпитие и хорошее настроение. Народ посмеивался, наблюдая за приготовлениями к лову: <Во дают! Уже пора домой, а они только разматываются!>. Угнездились они по старым лункам. Через некоторое время интерес к ним пропал, но не надолго, так как женский голос торжественно сообщил: <Есть!> Глаза присутствующих сошлись на женской фигурке, поднятая рука которой демонстрировала ершика, изогнувшегося традиционной загогулиной. Смеялись все... И уж совсем все закипело, когда рыбешка дернулась и свалилась точнехонько в лунку! В разгар веселья замечаю подъем кивка, подсекаю и ... не могу приподнять удочку. Что-то серьезное не торопится идти наверх, а леска поет струной! Но вот стронулось, медленно пошло и выперлось в лунку лещевыми губами трубочкой. За килограмм! Багорика нет и времени тоже - сейчас вот очухается и дернет. Рука ныряет по локоть, пальцы скользят по голове к жабрам, но не успевают и... Дзинь! Рука торпедой вворачивается по плечо за рыбьей головой, но та не дается, уходит в глубь, уходит...

Кто это пережил - знает, как увеличиваются размеры упущенного. В голове стучат килограммы, в глазах торчат губы, из рукава льется вода. Пропади ты все пропадом! Когда еще такой попадется?! Перевел дух, медленно огляделся - никто не зубоскалит. Температура нулевая, рука уже начинает стынуть. Скидываю все по пояс, выжимаю рукава. Слава Богу, нашлась газета. Обертываю ею руку, обвязываю поверх полотенцем, и начинаю натягивать мокрые рукава.

Раздумчиво звучит женский голос: <Ка-а-кой ершик попался!> - это уже вещает вторая дама. Расположилась она метрах в 20-ти от меня, поэтому вижу хорошо, как она падает на колени и тоже запускает руку в лунку! Видимо, ей больше повезло: <Багорик! Ба-а-го-рик-к!...>. Один из ее спутников подскакивает с пустыми руками, она что-то ему объясняет, и уже он орет с подпругой: <Давай быстрей, твою дивизию налево!>. Еще один запрыгал, с багром. Вместе облепили лунку, пихают в нее багор, мимо руки никак не попадут. Остальные ихние примчались, суетятся с советами... Вдруг все замерли, и только тот, с багром, вскинулся, потянул вверх: <Есть!> Выволок что-то, и началось всеобщее братание, счастливый финал - <Все пляшут и поют!> А даме руку завязывают.

Народ сначала задумался, а потом потянулся посмотреть на причину ликования. Натянув наконец влажные одежки, отправился и я. Вот тут-то первое апреля расцвело несбыточным трофеем! На окровавленном льду неподвижно возлежало рыбацкое чудо - пузатый судак длиною поболее метра! Как его вообще втянули в лунку? Ага, она лещевого диаметра - пробурил кто-то широким шнеком и бросил от бесклевья. А дамочку угораздило ее занять, поиграть малюсенькой дробинкой и соблазнить-таки эдакую махину, более 10 кг! А глубина-то здесь - те же полметра. Подсекла и не потянула, а просто глянула, за что зацепилось. Увидела голову под самым льдом и не растерялась, схватила прямо за судачье рыло. А оно, как известно, с клыками. Впились они, а у нее от боли сил не оказалось тянуть.

Счастливая компания тут же собралась и отправилась праздновать успех. Народ же долго не мог прийти в себя, поглядывая на жидкие уловы: <Какая-то бабенка всех обловила! Сегодня ж не 8-е марта...>. А было это апреля первого числа.



















Вячеслав БЕЛЫХ