Помогите братьям нашим меньшим!




Изменение форм собственности в нашем обществе привело не только к изменению человеческих отношений, причем не в лучшую сторону, но и к изменению отношений между людьми и их меньшими братьями. Низкий жизненный уровень большинства населения заставляет его отказываться от своих любимцев. Нередко такие объявления: <Отдам щенка, котенка (собаку, кошку и т.д.) в добрые руки>. В метро стоят люди с животными и просят помощи на их прокорм. Неустроенные, брошенные собаки объединяются в стаи, занимающиеся разбоем, вызывающие страх у людей.

Изменяется этнический состав собак. Раньше у нас было много дворняжек и охотничьих собак, которые были друзьями взрослых, а главное, детей. Эти собаки были одним из факторов, воспитывающих в детях доброту, дружбу, сострадание.

Сейчас богатые, состоятельные люди заводят бойцовых собак, зачастую наносящих серьезные увечья как людям, так и животным. Эти собаки редко становятся любимцами дворов. Их бояться и взрослые и дети.

Приспосабливаясь к создавшейся обстановке, собаки становятся сторожами подъездов, дворов, производственных цехов, контор и т.п., где их подкармливают люди, а они в силу своих природных рефлексов выполняют сторожевые функции.

Всю жизнь я не перестаю удивляться поведению собак, их преданности и пониманию сущности человека. Хотелось бы поделиться некоторыми историями, связанными с собаками.



ПЯТНАШ

Незадолго до Отечественной войны, когда мне было 7 лет, отец, после долгих уговоров его, купил мне собаку. Так у нас появился Пятнаш - помесь лайки и овчарки. Пятнаш подрастал и стал вожаком среди собак.

Я до сих пор не могу понять, каким чутьем собаки обладают, чтобы понять настроение человека. Мы, ребята, устраивали всякие игры, часть которых уже забываются (казаки-разбойники, 12 палочек, чижик, шестки и другие).

Частенько наши игры переходили в ссоры. Удивительно, каким образом Пятнаш чувствовал этот момент. Казалось, что мы как мутузили друг друга, так и продолжаем. Но когда у кого-то азарт превращался в злобу, Пятнаш, который до этого времени не обращал на нас никакого внимания, вставал, поднимал дыбом шерсть, рычал и мягко хватал нас своею пастью, раскидывал в стороны, пока мы не успокоимся.

Как охотник я потом убедился, что собаки и через воду чувствуют запах, но в то время меня поразила его поведение при довольно драматических обстоятельствах. В ту весну мы жили в Ворошиловграде ( ныне Луганск). В ту весну был очень сильный паводок Северного Донца. По реке плыл всякий скарб из смытых дворов и домишек (как наводнение может обойдется без нас?). Мы, мальчишки, стояли на мосту, через который переливалась быстро несущаяся вода, омывая наши ступни. Мой двоюродный брат нагнулся через перила за чем-то плывущим по реке и, упал через перила. Его увлек поток. Мы метнулись на другую сторону моста, надеясь, что его там вынесет, но его не было видно. Пятнаш же остался на том же самом месте и громко лаял. Не видя брата, я остановился около Пятнаша. Через некоторое время, показавшееся вечностью, из воды появилась голова брата, а потом руки, пытавшиеся ухватить настил моста. Я схватил за руку, пытаясь его вытащить, но силенок не хватало. И вдруг Пятнаш ухватил вторую руку брата и тоже стал тащить, помогая мне. Кое-как мы вытащили бедолагу.

Оказалось, что, падая, он, ухватился за опору моста и, несмотря на быстрое течение, подтянувшись вверх, судорожно ухватился за выступающий настил.

К сожалению, несмотря на то что на Пятнаше был ошейник с необходимыми записками, его захватила служба отлова бездомных собак.



ФУЦИК

В Москве в одном из домов по улице Ялагина обитает собака по кличке Фуцик. Он ночует в одном из подъездов 14-этажного дома. Многие жильцы для него оставляют на площадках какую-нибудь пищу.

В этот подъезд посторонний просто так не войдет. Фуцик ощетинившись, будет лаять и угрожать. Он надежнее, чем кодовые замки для дураков. Немного хитрости и времени нужно, чтобы узнать код, а серьезные кражи подготавливают.

Интересно, что всех жильцов подъезда он пропускает, но радостным повиливанием хвоста и сопровождением до квартиры он встречает только тех, кто его кормит и ласкает. Исключение составляет только ветеринар, живущий в этом подъезде, и который уже трижды делал ему операции, связанные с его сторожевой службой и драками с чужими собаками. Его он встречает, крутя хвостом, но в руки не дается, хотя на операциях ведет себя корректно, собачьим нутром понимая, что его спасают. Он знает все машины, владельцы которых живут в подъезде, и, увидев, сопровождает их издалека. Аналогично поступает и с жильцами. Он не любит никаких ссор, возбужденно лая, как бы говоря: <Ну что вы лаете, как собаки? Вам это нужно?>

К особо любимым он даже заходит в квартиры. У других он милостиво принимает пищу, но в квартиру, даже когда приглашают, не заходит. Точно, как у ладей. Служба службой, а дружба - дружбой. Одно дело доброе отношение, а другое - дружить домами.

По отношению к собакам, за редким исключением, применимо выражение: <Скажи мне, кто твой друг, и я скажу кто ты>





















В.БОРОДКИН